ХРАМ, СПОРТИВНЫЙ КОМПЛЕКС И КУЛЬТУРНЫЙ ЦЕНТР: КТО ТАК СТРОИТ И ЗАЧЕМ?

Культурно-образовательный центр, спортивный комплекс, кипящая, характерная для центра Москвы жизнь – и все это вокруг храма… В Патриаршем центре духовного развития детей и молодежи при Даниловом ставропигиальном мужском монастыре придумали и реализовали потрясающий проект архитектурного комплекса, где можно проводить время с утра до вечера, причем всей семьей. Главная особенность этого места: куда бы вы ни шли, всякая дорога приведет вас к Сретенскому храму. А зайдя внутрь, вы увидите необычный интерьер, который неизбежно вызовет вопросы: о смысле богослужения, о сути происходящего в храме, о том, зачем вообще нужна Церковь. Сретенский храм при Даниловом монастыре называют миссионерским. Именно с него начала свою работу Гильдия храмоздателей, хотя на момент создания этого проекта никакой Гильдии еще не было.

Об особенностях миссионерского храма, о тех, для кого он построен, и о работе членов Гильдии храмоздателей рассказывает руководитель Патриаршего центра духовного развития детей и молодежи игумен Иоасаф (Полуянов).

  

Все, кто заходят в Сретенский храм при Даниловом монастыре, обращают внимание на низкую алтарную преграду – через нее видно то, что происходит в алтаре. В большинстве наших храмов алтарь закрыт иконостасом... Почему здесь устроено иначе?

 

Этот храм задуман как миссионерский. Нам хотелось, чтобы людям было видно то, что происходит в алтаре. По сути ведь никакого запрета на это нет, высокая алтарная преграда – всего лишь традиция в храмостроении, а не строгий канон. А традиции могут меняться. Как писал отец Павел Флоренский, «иконостас не закрывает алтарь от верующих в храме, а раскрывает для них духовную сущность того, что совершается в алтаре». Тем, кто в храме давно, понятна суть богослужения, они знают ход Литургии, значение возгласов, какому моменту службы они соответствуют. Высокий иконостас с его образами Христа, Божией Матери и святых помогает им настроиться на молитву. А тем, кто только начинает ходить в храм, многое остается непонятным: что там происходит за алтарной преградой? Именно для таких людей, прежде всего, строился наш храм.

Основой для такого решения послужил древний христианский храм, который я видел в музее Израиля во время паломнической поездки на Святую Землю. Алтарная преграда была там низкой, можно сказать, символической, алтарь просматривался очень хорошо. Идея мне понравилась, но вынашивать ее в сердце пришлось долго – до тех пор, пока не начались работы по благоустройству Сретенского храма.

Вариантов проекта было много: нам предлагали и традиционный тябловый иконостас, и белокаменный византийский с прекрасными, пышно украшенными иконами… Но мы остановились на варианте по примеру того древнего храма. Нужно было только придумать, как разместить там иконы – без них алтарная преграда выглядела бы совсем непривычно для нашего взгляда. Решение удалось найти благодаря соработничеству с авторским коллективом архитекторов, художников, белокаменщиков и мозаичистов из мастерских Андрея Анисимова. Мы смогли в конце концов придумать то, что сейчас видим в нашем храме. И это удивительно!

 

Такое решение не кажется кому-то с непривычки… слишком нетрадиционным?

 

Возможно. Но в некоторых случаях это и неплохо. Сталкиваясь с чем-то новым по форме, человек задается вопросом: как же так? И задача как раз миссионерского храма в том, чтобы такие вопросы у человека возникали. Дальше ему нужно объяснять, что иконостас может быть любым, на сути богослужения это не сказывается. Алтарная преграда в нашем Сретенском храме и удивительный Рублевский иконостас в Троице-Сергиевой лавре – это по сути один и тот же иконостас. Наша задача объяснять, что внешние формы могут меняться, но самое главное в храме – это Христос и Таинство Причастия, рассказывать о Литургии первых христиан, которая могла внешне отличаться от современного богослужения, может быть, была проще, но по смыслу и сути осталась все той же Тайной вечерей, за которой Спаситель под видом хлеба и вина причащает учеников Своими Телом и Кровью. Иными словами, в миссионерском храме мало просто открыть алтарь для глаз. Важно еще сопроводить богослужение разъяснением и рассказом, а это задача и духовенства, и общины.

 

А кто прихожане Сретенского храма? Или любой человек может прийти сюда на богослужение?

 

Конечно, мы строили, прежде всего, домовый храм нашего центра, но прийти сюда может каждый. Просто те, кто занимается у нас, будут глубже вовлечены в происходящее. Это молодые люди, пока еще не очень много знающие о Церкви и духовной жизни, о богослужении… Та работа, которая будет проходить и уже проходит в наших студиях, клубах, мастерских рассчитана на то, чтобы постепенно погружать человека в богослужение, раскрывать богатство его смыслов.

Однако если кто-то зайдет к нам в храм за компанию с друзьями, которые, например, поют в молодежном хоре, или кто-то на улице услышит звон колоколов и захочет заглянуть, или опоздает на Литургию в Данилов монастырь, а у нас служба начинается в десять утра, в расчете на студентов, которым трудно в воскресенье рано встать, - мы всем будем рады. У каждого после службы будет возможность подойти к священнику и расспросить, что происходило на Литургии. Или поговорить с молодыми людьми, которые у нас занимаются. Или выйти из храма в залы культурного центра – это ведь связанные между собой помещения, посмотреть объявления, почитать информацию, а если что-то заинтересует – стать участником наших программ.

 

У первых христиан был распространен обычай совместной трапезы, ее даже называли литургией после Литургии. У вас будет что-то подобное?

 

Конечно! Мы для этого специально предусмотрели помещения в прихрамовом пространстве, где можно было бы собираться за чаем, говорить на разные темы. Такое общение – обязательная составляющая миссионерского богослужения. Да и для приходской жизни открытое общение священника с паствой просто необходимо. Мне бы хотелось, чтобы мы вместе с приходом праздновали и рождение детей, и свадьбы… Именно поэтому мы продумывали Сретенский храм, скорее, как храмовый комплекс с достаточным количеством помещений для разных событий приходской жизни и деятельности нашего центра.

У нас будут и специальные помещения для молодых мам, где можно вместе с детишками готовиться к причастию. Это же известная проблема: маленький ребенок не может выдержать полтора-два часа богослужения, начинает капризничать, плакать. Бывает, детей нужно переодеть, покормить... У наших мам такая возможность будет.

Мне бы очень хотелось, чтобы участники наших проектов – молодые люди и их дети, были постоянными прихожанами храма, чтобы здесь им было удобно, хорошо, чтобы хотелось прийти снова. Мне кажется, именно они должны задавать тон всему тому, что развернется в нашем центре.

 

А что здесь развернется?

 

У нас много разных уже действующих программ, но много и планов. К примеру, по нашей задумке, в центре будет специальный зал с современным проекционным оборудованием, которое позволит создавать любое виртуальное пространство. Используя 3D-технологии, можно рассказать ребенку об устройстве мира, о Церкви, о Библейской истории, можно вместе путешествовать по разным странам и эпохам... Возможно, кто-то нас за это осудит – к современным технологиям относятся по-разному. Но мы ведь не можем делать вид, что наших детей не интересуют гаджеты и компьютерные игры. И почему бы не попробовать сделать так, чтобы эти технологии работали на нас? Например, использовать их для катехизации. Конечно, нужно размышлять, искать правильную подачу, советоваться со специалистами – психологами, антропологами, богословами, художниками… Такие образовательные программы нужно создавать совместно, тогда они дадут хороший результат.

У нас большой опыт проведения занятий и более традиционной формы. К примеру у нас есть молодежный хор, где занимаются люди с разным уровнем подготовки, в том числе и без музыкального образования. Из истории Церкви известно, что в древности на службе пел весь храм, все прихожане отвечали священнику на возгласы. Поэтому хотелось бы, чтобы в богослужении участвовали по возможности все прихожане. В центре есть уроки, характерные для обычной воскресной школы: совместное чтение Священного Писания – на церковнославянском и русском языках, катехизаторские занятия, занятия для волонтеров и так далее.

При этом мы понимаем, что молодым людям и детям требуется не только духовное и интеллектуальное, но и физическое развитие тоже. Поэтому недалеко от храмового центра будет спортивный комплекс, где можно заниматься разными видами спорта, спортивными танцами, а для тренировок на воде там будет бассейн.

 

Бассейн… при храме? А зачем? В Москве ведь достаточно бассейнов, да и спортивных комплексов тоже…

 

Да, вроде бы их достаточно. Но очень хотелось выстроить такой центр, куда семья могла бы приехать воскресным утром на Литургию и провести здесь вместе целый день, не разрываясь после службы на части из-за того, что одному нужно поплавать, другому в кино, третьему куда-то еще. Конечно, спортивный комплекс будет расположен отдельно от храма, но в то же время – недалеко. Мы решили все собрать в одном месте, чтобы досуговая жизнь тоже строилась вокруг храма, а храм был местом притяжения, ее смысловым центром.

Конечная цель наших действий – чтобы родители и дети как можно больше времени проводили вместе. Например, утром всей семьей сходили на службу, потом спортом позанимались, вечером вместе пришли на наш кинопоказ или на концерт... Главная задача Патриаршего центра духовного развития детей и молодежи – создать особую среду для человека, где он мог бы всесторонне развиваться и при этом духовно расти. Кстати, вполне возможно, что сначала человек придет именно на концерт или в тот же в бассейн. Но храм он при этом все равно увидит и если захочет – то зайдет, там всегда будет открыто. Храм, еще раз повторю, – это стержень всего нашего комплекса. Так и должно быть у христианина: что бы мы ни делали, мы должны помнить, что центр жизни для нас – Христос.

 

Это видно по задумке культурного центра: где бы человек ни оказался, все помещения так или иначе выведут его к храму. А попадая внутрь, он увидит не вполне обычный интерьер и начнет задаваться вопросами... У Вас ведь не только алтарная преграда обращает на себя внимание. У Вас и семисвечник непривычной формы, и мозаика красивая… Расскажите, как Вы это продумывали?

 

Вообще, весь архитектурный комплекс был спроектирован замечательным российским архитектором Станиславом Пошвыкиным, который много лет работает в одной из ведущих проектных мастерских «Моспроект-2». Он известный человек в архитектурных кругах в Москве. Волей Божьей мы с ним пересеклись, он разработал эскизный проект и проект на стадии "П" нашего здания, затем появилась рабочая документация, а потом и само здание. И сейчас Станислав Дмитриевич активно участвует в работах по завершению всего нашего комплекса.

Когда пришло время думать над интерьерами, мы искали церковных мастеров, которые могли бы также воплотить в жизнь наши идеи. Больше всех нам понравился проект «Мастерских Андрея Анисимова». Теперь уже все, кто был в Сретенском храме, отмечают стилистическое единство в его отделке и убранстве. Это результат совместного труда многих людей. Причем начинался этот совместный труд уже на этапе проектирования, под руководством архитектора Андрея Анисимова. Постепенно к работе подключались литейщики, белокаменщики, иконописцы, резчики по дереву, мозаичисты… Впоследствии все мастерские, принимавшие участие в отделке Сретенского храма, объединились в профессиональную ассоциацию – Гильдию храмоздателей.

Литейные работы производились в мастерской «Кавида-мастер», бессменным руководителем которой много лет является Юрий Евгеньевич Киреев. Упомянутый вами семисвечник в форме христограммы был выполнен именно там. Столярные работы – это заслуга мастеров из Нижегородских «Соборных мастерских». Мы придавали дереву огромное значение, ведь оно вносит в помещение уют и тепло. Поэтому у нас в храме двери, перила и тябла выполнены из дерева. Кстати, так было и в древних византийских храмах.

Иконы написаны в мастерских ПСТГУ под руководством Ларисы Гачевой. А мозаика и росписи выполнялись в «Мастерских Андрея Анисимова» Валентином Борисенко. Эту работу особо отметил Святейший Патриарх Кирилл, когда в марте 2015 года посещал Сретенский храм. Нам было важно украсить храм именно мозаикой, отсылающей все к тем же храмам раннехристианского периода. Это еще один повод поговорить об истории Древней Церкви, о самой сути христианства.

 

Наверное, Вам неоднократно приходилось отвечать на вопрос, зачем тратить на церковное строительство столько денег: зачем дорогие купола, зачем в храме мозаика, ведь можно что-то попроще придумать, и так далее. Что Вы на это отвечаете?

 

Мне кажется, не надо бояться таких вопросов. Мы же понимаем, что ни золото, ни купола, ни мозаика – не это в храме главное. Главная ценность – это Бог и то, что люди могут сделать друг для друга. Господь не случайно говорит: «Заповедь новую даю вам, да любите друг друга». Если между нами будет такая любовь, то и вопросы сами собой уйдут. Понимаете… Храм – это наш дом, а свой дом каждый человек стремится устроить и украсить так, чтобы в нем радостно было находиться. Издавна все самое лучшее человек всегда отдавал в храм. Такая жертва нужна не Богу, не священникам, она нужна самому человеку, который внутри себя, в своем сердце имеет стремление принести Христу то дорогое, что он имеет, ответить Ему на Его любовь. И жертва эта выражается не только в деньгах…

Думаю, такие вопросы были бы неудобными, если бы Церковь только строила и строила здания, а не кормила бы нищих, не посещала больных, заключенных, не занималась бы просвещением… Христианину очень важно делать добрые дела. Исходя из этого мы и выстраивали многообразную работу центра. Наши волонтеры помогают в социальных и медицинских учреждениях, многое делают для тех, кто оказался в трудной ситуации: для бездомных, больных...

 

А конкретный пример можете привести?

 

Да хотя бы Пасхальные или Рождественские благотворительные ужины для пожилых людей – прихожан нашего монастыря. Это уже очень хорошо. У нас такие праздники стали традиционными. Наши волонтеры украшают зал, накрывают праздничный стол со всякими вкусностями, сами готовят творческую программу… Это совместное переживание праздника очень многое дает и гостям, и тем, кто все организует. Думаю, самое главное во всем, что мы пытаемся делать, - это общность и общение. "Где двое или трое собраны во Имя Мое, там и Я посреди них," - так говорит нам Господь.

 

В создании храма Сретения Господня принимали участие архитекторы, мозаичисты, художники и резчики-белокаменщики – мастера организаций-членов Гильдии храмоздателей: «Мастерских Андрея Анисимова», мастерской художественного литья «Кавида» и «Соборных мастерских», производящих столярные изделия для храмов. Архитекторы проекта: Андрей Анисимов, Иван Земляков, Даниил Макаров,  мозаичные работы выполнены под руководством Валентина Борисенко, белокаменная резьба - под руководством Олега Перова, иконы - мастерскими Свято-Тихоновского института под руководством Ларисы Гачевой.